Skip to content

НА ДОНУ

НА ДОНУ

Наша большая компания обосновалась неподалеку от Куликова поля, на маленькой рыболовной базе у самой реки. Дон здесь еще неширокий и не очень глубокий. Сплошь окаймлен кустами лозняка. А всего в нескольких метрах от него стоят домики для рыбаков. За ними на пригорках шумят березовые и осиновые перелески. Из сре­за одного пригорка бьет сильный ключ — вода направлена в трубу, и из нее хлещет холодная и светлая струя…

Говорят, что водой этого ключа воины Дмитрия Дон­ского утоляли жажду после битвы и обмывали свои раны…

Едва устроившись в домиках и наспех сложив свои вещи, мы принялись за рыбалку. Хотелось поскорее испы­тать донскую воду, отведать донской ухи.

Со мной была моя десятилетняя дочь, которая тоже захотела принять участие в рыбалке.

Когда мы вышли на берег, я дал ей самую маленькую и самую примитивную удочку: мол, она первый раз берется за это дело и все равно ничего не поймает. И место для нее я выбрал, как мне казалось, не самое пригодное для рыбалки. Но самое безопасное: берег здесь крутой, а после дождя и скользкий, и я, чтобы она не съехала в воду, усадил ее на цементные ступеньки, на которых рыба­ки умывались, стирали, мыли посуду. А сам в десяти метрах от нее забросил у кустов свои две удачливые удочки.

Остальные рыбаки разбрелись по берегу, облюбовывая для себя лучшие, как им казалось, места… Началось не­объявленное соревнование — кто скорее и больше наловит на уху.

Клевало у меня плохо — редко, неохотно, и попада­лась исключительно мелочь — крошечные ерши и пескари. Да и у всех тоже рыбалка не клеилась.

При таком ходе дела нам пришлось бы ловить, навер­ное, несколько суток, чтобы набрать рыбы хоть на жидень­кую уху, — ведь желающих ее похлебать было немало…

Я укрепил свои удочки и пошел к дочери — проведать, как идут у нее дела. И немало удивился: в ведерке, которое я оставил ей для рыбы (хотя я был уверен, что она ничего не поймает), было уже несколько приличных плотвичек, окуней и ельцов и с десяток крупных пескарей.

Я сказал ей что-то одобрительное, а сам побежал к своим удочкам. Но сколько я ни изощрялся, забрасывая удочку то под самый куст, то поближе к середине, на глубину, то на червя, то на опарыша, ничего путного пой­мать мне не удавалось.

Я то и дело посматривал в сторону дочери и видел, что она довольно часто вытаскивает что-то из воды…

Наконец я услышал ее крик:

— Папа, папа, сюда!.. Скорее!.. Папа!.. Скорее!..

Я бросил свои удочки и кинулся к ней, думая, что там случилось что-то неприятное… Когда я подбежал к ней, увидел, что она с трудом удерживает удилище в руках, потому что оно дергается с большой силой. Я взял его из рук и почувствовал крупную рыбу…

Это был карп.

Когда вечером к рыболовной базе собрались все рыба­ки и объединили свои уловы, оказалось, что улов моей дочери превосходит все вместе взятые! Да и сами рыбы у нее были крупнее.

Потом я понял, в чем дело. Она сидела на ступеньках, с которых рыбаки мыли посуду. И рыба крутилась возле них. Остатки пищи попадали в воду и служили своеобраз­ной постоянной подкормкой. А маленький рост дочери де­лал ее менее заметной для рыбы, не отпугивал ее.

Во всяком случае, хотя бы так можно было объяснить ее удачу и наши неудачи, что в какой-то мере оправдывало нас…

Написать отзыв

Вы должны войти, чтобы оставить комментарий.