Skip to content

ИСЧЕЗНОВЕНИЕ ВРЕМЕНИ

ИСЧЕЗНОВЕНИЕ ВРЕМЕНИ

..мгновенье!

Прекрасно ты, продлись. постои!

Гете

Когда я ловлю рыбу, для меня не существует времени. Я могу находиться в лодке с рассвета до заката, забыв не только обо всех своих заботах, неудачах, долгах, но и о завтраке, обеде, ужине. И только когда начинает смеркать­ся, думаю, как быстро и незаметно прошел день.

И на Шексне, едва светало, я садился в лодку, подъ­езжал к одному из небольших островков, находящихся вблизи, бросал якорь и отключался от времени.

Надо мной кружились белоснежные чайки, за бортом лодки плескалась вода, перемывая камешки островной от­мели, рядом на островке шумели зеленые березы и осины, выросшие между нагроможденных камней. А я смотрел на воду, на поплавок, и время для меня замирало.

Когда солнце поднималось уже довольно высоко, на берег выходила Анна Тимофеевна, у которой я останавли­вался. Она махала мне отчаянно рукой и кричала что было мочи:

—- Николай Константинович! Приезжайте скорее зав­тракать!.. Уже все готово!.. А то будет остывать!..

В ответ я отрицательно махал рукой, — мол, отказыва­юсь от завтрака.

Она снова еще настойчивее требовала:

— Ну-ка скорее приплывайте!.. Нечего там мучиться голодному!.. Давайте, давайте сюда!..

Я снова отмахивался, и она, поняв, что звать меня бес­полезно, уходила домой, сокрушенно покачивая голо­вой, — мол, неисправимый человек, что с ним поделаешь…

Наступало время обеда, и Анна Тимофеевна снова по­являлась на берегу:

 

—       Николай Константинович, пора обедать!.. Хоть на обед-то приплывайте!.. Приплывайте немедленно!..

Я отмахивался.

Она уходила, но вскоре возвращалась, держа в руке черную большую сумку:

—       Николай Константинович! Подплывайте скорее сюда!.. Дело к вам есть!.. Срочное!..

И она размахивала сумкой.

Тут уж я никак не мог отказать ей: мало ли что могло там случиться!

Я неохотно снимался с якоря, подъезжал к ней.

Едва я ступал на землю, она твердо брала меня за руку:

—        Пошли, пошли на обед. А то ведь от голода совсем обессилите, еще, чего доброго, голова закружится и нена­роком нырнете с лодки за борт и утонете.

Я наотрез отказывался идти домой. Но она уже знала заранее, что так и получится. Открывала сумку, доставала из нее бутылку с горячим чаем, куски хлеба, вареные яйца, горячую очищенную картошку и соль:

—        Вот садитесь здесь на траву и ешьте при мне. А то я знаю вас — все обратно и принесете, даже это съесть не найдете времени.

—          Нет. нет. Анна Тимофеевна, я там в лодке поем, все съем…

—         Нет уж! — говорила она решительно, зная меня до­статочно хорошо. — Сейчас же садитесь и ешьте на моих глазах!..

Мне ничего не оставалось, как выполнить ее приказ.

Чтобы зря не тратить времени, которое для меня при этом разговоре начинало существовать, я с лихорадочной поспешностью заглатывал все, что она принесла.

А она приговаривала:

—         Не торопитесь, не торопитесь, никуда от вас рыбал­ка не уйдет, жуйте хорошенько!..

Доев все, я уплывал к острову, она уходила домой.

А потом появлялась на берегу, когда уже смеркалось, и поторапливала меня:

—          Все добрые люди уже давно поужинали, а вы все еще на воде сидите… Давайте, давайте скорее домой!..

Вот тогда для меня снова начинало двигаться время, оно возникало с окончанием рыбалки. И обрывались мгно­вения, которые прекрасны, которые хочется продлить.

 

Написать отзыв

Вы должны войти, чтобы оставить комментарий.